Александр Зарайский (zarajsky) wrote,
Александр Зарайский
zarajsky

Клятва Гиппократа для фотографа

В продолжение вчерашнего поста ироничная «Клятва Гиппократа для фотографа» от Мехмеда Фехми Ага направленная против распространенных клише в фотографии которые существовали на тот момент (опубликована в 1937 году в журнале US Camera).

Я никогда не делал и впредь ни при каких обстоятельствах не сделаю фотографию обнаженной натуры, держащей в руках прозрачный сосуд.

Я также никогда не сделаю сам и не окажу в этом помощь другому, не поощрю словом, не похвалю и даже не буду обсуждать, даже не взгляну на фотографию яйца.

Я не буду фотографировать собаку, играющую с кошкой, и кошку, играющую с клубком ниток.

Не буду делать снимок винограда крупным планом так, чтобы ягоды выглядели размером с яблоко, и снимок яблока так, чтобы оно выглядело размером с арбуз.

Я не буду снимать кормящих матерей или старушек за вязанием в кресле-качалке и озаглавливать снимки «Закат жизни».

Я не буду делать фотографии симпатичных старых бродяг с безнадежно запутанными бакенбардами и блестящими носами.

Я не буду фотографировать девушек с Бали, несмотря на то что их бесстрашие перед камерой общеизвестно.

Я не буду делать фотографию обнаженной, которая в падающем сквозь венецианские жалюзи свете напоминает лежащего тигра.

Кроме того, я не буду фотографировать старые амбары Коннектикута (восхитительные текстуры дерева, выдержавшего шторм) или техасские кактусы, даже если там их называют «какти», или аборигена, карабкающегося на пальму, на Гаити.

Я не буду фотографировать бомжей из Бауэри, укрывшихся воскресным выпуском New York Times как одеялом, перед приклеенным на ограду постером с Марлен Дитрих.

Никогда я не сделаю фотографию толстушки на Кони Айленд «от живота», никогда больше.

Я никогда больше не сфотографирую гипсовый слепок с греческой статуи, или кочан капусты, разрубленный пополам, или листья салата с каплями росы.

Я никогда не сделаю снимок обнаженной на трамплине (даже вид сзади), или обнаженной, крутящей обруч, или обнаженной, обмазанной толстым слоем вазелина, чтобы дать ему название «Фарфор».

Я не стану называть фотографию маленького мальчика на фоне стены «Просто мальчик», а фотографию ребенка, обнимающего козленка, − «Два ребенка».

Я не буду фотографировать площадь Сан-Марко в Венеции сквозь решетку балкона Дворца дожей.

Я не буду фотографировать сцену родео, поместив камеру между задних ног волнующейся лошади.

И, в конце концов, если в силу обстоятельств я вынужден буду сфотографировать мексиканского ребенка в Мехико, я сгоню всех мух с его лица, прежде чем сделать снимок (несмотря на громыхание в небе над Мехико).

И я постараюсь никогда не фотографировать капризных детей.

Да и вообще, если мне удастся, я воздержусь от съемки любых кадров любого содержания, под каким бы то ни было предлогом.


Мехмед Фехми Ага родился в Российской империи в 1896 году. Его родители были родом из Турции и принадлежали к этнической группе, которая, как писал Франк Кроуниншилд об Аге в 1939, насчитывает «менее десяти тысяч членов во всем мире и только один из них, я полагаю, арт-директор». Мехмед Фехми Ага получил блестящее образование в царской России. Помимо ученой степени по экономике, полученной в Санкт-Петербургском политехническом институте имени Петра Великого, он обучался в Академии изящных искусств в Киеве, а также некоторых других крупных учебных заведениях Российской империи. После отъезда из России Ага продолжил обучение и в 1923 году получил специальную степень в Национальной школе современных восточных языков в Париже. Помимо языковых способностей — он свободно говорил на русском, турецком, немецком, французском, греческом и английском языках, — Ага был опытным художником, фотографом и типографом.

Начав работать в Vogue в Берлине, в 1929 он был приглашен на должность арт-директора Vogue в США, где добился непревзойденных высот в своей работе и был удостоен многочисленных наград. Спустя некоторое время он стал также арт-директором изданий Vanity Fair и House & Garden. Ага был пионером в использовании в оформлении шрифтов без засечек, двухцветных репродукций, цветных изображений, изображений с вылетами для печати в край листа, под обрез. Он первым представил широкой публике работы таких выдающихся фотографов, как Эдвард Стейхен, Сесил Битон, Эдвард Уэстон, Луиза Даль-Вульф и многих других. Ага также на несколько лет раньше остальных американских журналов познакомил своих читателей с произведениями таких мастеров, как Анри Матисс, Андре Дерен, Пабло Пикассо и Сальвадор Дали. В 1943 году, после ухода из Condé Nast Publications, куда входили все три издания, он долгое время работал успешным внештатным консультантом, в 1953 — 1955 годы занимал пост президента Американского института графического искусства (AIGA). Его самый большой вклад, как отмечают исследователи истории искусства, заключается в смене характера дизайна журнала и пересмотре роли арт-директора.

За ссылку снова спасибо tsukasa
Subscribe
promo zarajsky march 25, 2016 08:00 47
Buy for 50 tokens
У тех кто только-только пришел в ЖЖ сразу возникает два вопроса: 1) Кого мне здесь читать? Как их найти? 2) Где взять тех кто будет читать мой блог? Сегодня я расскажу о нескольких самых простых способах поиска друзей, которые вы можете использовать буквально в первые дни вашего появления в…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments